Яворницкий - История Екатеринослава, ч.10

По плану, составленному под непосредственным наблюдением самого князя Потемкина, город Екатеринослав должен был занимать в длину, по течению реки Днепра, 30 верст, а в ширину от Днепра до речки Мокрой Суры 25 верст. Обе соседние с ним слободы, Новый Кодак и Старый Кодак, должны войти в состав города, как его форштадты.
Под пастбище отводилось городу 8000 десятин земли.
Главные сооружения должны быть на горе, против реки Днепра и Монастырского острова.
Таковы: присутственные места, гражданская и духовная дикастерия, наподобие древних базилик, гостиный двор, лавки наподобие афинских пропилеи, биржи, театр, архиерейский дом, несколько православных церквей и главнейшая из них Преображенский, на 12 престолов, собор. Все улицы в городе должны быть в 30 сажен ширины.
В самом городе должны работать 12 фабрик, которые будут снабжать весь край своими изделиями и всюду распространять довольство и изобилие. Из 12 фабрик двум, а именно суконной и шелково-чулочной, выдана была субсидия 340 000 рублей, благодаря чему обе фабрики сразу открыли свои работы.
Суконная фабрика была доставлена в Екатеринослав из города Могилева. На перевозку ее потребовалась сумма в 30 000 рублей.
На ней должно было вырабатываться тонкое сукно для инженерного кадетского корпуса.
Директором всех фабрик назначен был коллежский асессор Липрандий, асессор Кноринг.
При этой фабрике, как описывает очевидец, был большой двухэтажный дом— больница.
Кроме того, было еще три больничных дома для фабричного доктора и служащих.
Была баня, для которой выкопаны два колодезя, откуда «журавлем» вытягивали в двух бадьях воду.
Была и церковь во имя Покрова богоматери, а при церкви имелся и хор. Была, наконец, и школа, на что указывает контингент фабричных писарей, который составлялся и пополнялся из сыновей фабричных рабочих.
Управлению фабрики дан был совершенно военный строй: канцелярские обязанности исполняли военные писаря из кантонистов, носившие общеписарскую военную форму, а классные должности занимали чиновники гражданские, которые назывались вообще комиссионерами и различались по должностям и классам.
Директор фабрики, стоявший во главе управления, обыкновенно пятого и даже четвертого класса.
Комиссионеры при фабрике носили военную форму — сюртуки и мундиры с красным воротником, с серебряными петлицами на воротнике мундира и с белыми металлическими пуговицами, украшенными рисунком пылающей бомбы.
Директора фабрики жили в казенном доме.
Рядом с домом директора была контора, помещавшаяся во флигеле.
Управление фабрики имело тесную связь с главным комиссариатским депо, которое было в Кременчуге, куда каждый год посылались из Екатеринослава комиссионеры с вахтерами то за получением денег на расходы по фабрике, то за материалами для работ на ней.
Деньги золотом из Кременчуга перевозились на почтовых телегах в бочонках, под конвоем вооруженных вахтеров и под надзором комиссионера.
Все фабричные рабочие считались военными, то есть солдатами, хотя формы военной не носили; они были вроде военных поселян.
Муж, жена и все семейство, не исключая и малолетних, еще не способных к работе на фабрике, получали казенные пайки, а за работу жалованье, при готовой квартире, отоплении и освещении.
Для каждых двух семейств построены были в три линии казенные домики. Это поселение составляло так называемую фабричную слободку. Слободка была на нижней приднепровской равнине, в конце города, чем- то вроде пригорода, по направлению к Новому Кодаку.
Слободка населена была фабричными людьми, присланными из села Павлова Московской губернии, где существовала казенная суконная фабрика.
Присланы были те люди из села Павлова в Екатеринослав, как вожаки, затеявшие там какой-то бунт или смуту.
Их так и звали «павловцы».
Об этой же фабрике в 1825 году, августа 31 дня, писал известный в свое время профессор А. Ф. Воейков, много путешествовавший по России и бывший в Екатеринославе два раза.
«Я осмотрел обширную фабрику тонкого сукна. С того времени она распространена и улучшена; все новоизобретенные самопрялки, станы, стригольницы сюда выписаны из
Лондона, а с образца делаются и новые здешними мастерами.
Синие и алые сукна не уступают английским в тонкости, краске и отделке и превосходят их добротою.
Директор угостил меня сытным завтраком и дал полное понятие о прежнем и нынешнем состоянии сего важного государственного заведения, о постепенном его усовершенствовании, о том, что тонкие сукна Екатеринославской фабрики отпускаются по самой умеренной цене бедным офицерам и что государь император имеет несколько мундиров из сукон, здесь выработанных.
Сии последние слова произнес он с гордостью, показывающею, сколь для него лестно такое отличие».
Из директоров Екатеринославской суконной фабрики приобрели известность наиболее два — Григорович, из причетнических детей, как человек энергичный и очень требовательный, и военный генерал Адлерберг, как «начальник строгий до суровости».
Последним директором фабрики был Василий Иванович Драгневич, родом серб, моряк времени Чесменского боя, в котором он участвовал в чине гардемарина.
Драгневич первый из директоров подал проект о закрытии казенной суконной фабрики в Екатеринославе, указав на громадные расходы по ней, на хищения и на злоупотребления, с которыми директорам приходилось постоянно бороться. Драгневич доказывал, что для казны несравненно выгоднее и удобнее делать изготовление для гвардии сукон по заказу на частных фабриках.
Проект Драгневича был принят, и казенная суконная фабрика в Екатеринославе покончила свое существование в 1837 году.

Продолжение следует.

Оставить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.